Ангелы семи церквей

Из толкования дореволюционного православного богослова Александра Жданова на стих 20 первой главы Апокалипсиса, на слова «Тайна семи звезд, которые ты видел в деснице Моей, и семи золотых светильников [есть сия]: семь звезд суть Ангелы семи церквей; а семь светильников, которые ты видел, суть семь церквей»:

«Указанные черты нравственного характера «ангелов церквей» имеют существенное значение при определении их истинной природы: несмотря на то, что они изображаются как существа личные («покайся» и под.), мы не можем ни причислить их к классу чистых и святых духов, каковы ангелы в собственном смысле, ни составить из них особую категорию ангелов личных, обладающих человекоподобными свойствами, потому что и то и другое противоречило бы Св. Писанию и учению православной церкви об ангелах. Единственное, что остается на основании сказанного, это – признать «ангела церкви» за персонификацию, олицетворение самой церкви. Тогда будет вполне понятна его совершенная солидарность с церковью даже в худшем направлении деятельности.

Однако этого не достаточно: если «ангел» был простою персонификациею церкви, тогда он представлял бы собою излишнее удвоение одного и того же понятия, что только усложняло бы без всякой нужды изображение суда Божия над церквами. При всем своем относительном тождестве с церковью ангел различается от нее. Нами уже было замечено, что ангел хотя судим, но не наказуем, – подлежит порицанию, но не наказанию, – похвале, но не награде. И ангел, и церковь мыслятся как две реальных противоположности и изображаются под двумя различными символами: ангелы под свойственным (Иов. 38, 7) им символом звезд, церкви – под символом свещников: αι λυχνιαι αι επτα επτα εκκλησιαι εισιν. Звезды – символ ангелов – Господь, как Владыка, непрестанно держит в деснице своей (ср. Мф. 18, 10), между светильниками Он шествует, временно посещая каждую церковь как Мздовоздаятель. Таким образом ангел есть светило (αστηρ) церкви, или, принимая во внимание все вышесказанное, внутренний одухотворяющий и оживляющий принцип церковной жизни, совмещающий в себе все существенные и типические черты исторического развития церкви. Церковь же, как свещник (ср. Мф. 5, 14 и д.), долженствующий служить к просвещению мира, есть средство к обнаружению деятельности ангела, как внутренней силы; она (λυχνια) получает свой свет только от него, а без него умирает, становится бездушною и теряет значение для христианства. Иначе сказать: если рассматривать хронологически и пространственно, со стороны количественной и качественной, то она в в своей исторической жизни представит величайшее разнообразие событий, лиц, характеров, случайностей и пр.; она может увеличиваться или уменьшаться по числу членов, развивать, хранить, или извращать преданное ей учение (имеем в виду церковь города, страны), преуспевать в добре или зле и под. Но при всем разнообразии явлений и лиц, входящих в ее историю, церковь сохраняет определенную типическую физиономию, обнаруживает один принцип в своем развитии и представляет органическое единство в своей деятельности. Как и везде, в церковной жизни наблюдается противоположность между сущностью и явлением, формою и материею, идеею и феноменом и пр., которые реально неотделимы одно от другого. Такого же рода противоположность между ангелом и церковью, составляющими вместе друг с другом реальное единство. Ангел есть символ церковного самосознания, духовное око церкви, в котором ясно отражаются все изменения и колебания в церковной жизни, – ее нравственная коллективная сила, определяющая общее направление церкви к добру или ко злу.

По справедливому замечанию De-Wette и Düsterdickʼа понятию ἄγγελος соответствует духовная субстанция церкви, целая ее совокупность, мыслимая как живая органическая сила, а понятию ὲκκλησία – конкретная, эмпирическая сторона церкви в разнообразном множестве составляющих ее элементов, часто противоположных друг другу в своей деятельности.

Итак, ангел церкви есть олицетворение реальной духовно-нравственной силы, проявляющей свою деятельность в истории церкви, или самая эта сила, человекообразно представляемая.

Это понимание, совершенно удовлетворительное в экзегетическом отношении, не только вполне согласно с учением Св. Писания об ангелах, но даже может служить к объяснению некоторых затруднительных мест Ветхого и Нового Завета.

«Ангел» есть имя должности, а не природы: τὸ ἄγγελος, говорит св. Кирилл Александрийский, ὄνομα λειτουργίας μἄλλόν ἐστιν, ήπερ οὐσίας σημαντικόν. В 1-ой главе послания к Евреям, где доказывается несравненное превосходство Иисуса Христа пред ангелами, повторяются между прочим слова 103 псалма: «творяй ангелы своя духи, слуги своя огнь палящь» (ст. 4). Из этих слов (ср. подлинник) видно, что Бог при достижении Своих целей пользуется в качестве орудий Своих или посланников ветрами (πνεύματα, рухот), палящим огнем, вообще безличными силами природы. Та же мысль высказывается в Пс. 77 ст. 49, где под «посольством злых ангелов» разумеются все разнообразные бедствия, ниспосланные Богом в наказание на Египет (ср. Прит.17, 11). Следовательно, если безличная стихийная сила может быть исполнительницею велений божественных и, как такая, носит название «ангела», то тем более приличествует это название и служение силе духовно-нравственной, разумно-человеческой, каковы «ангелы церквей».

Источник:

Жданов Александр. Откровение Господа о семи Азийских церквах (Опыт изъяснения первых трех глав Апокалипсиса). М.: Типография А. И. Снегиревой, 1891. С. 110-113.

Rating: 5.0. From 1 vote.
Please wait...

Ангелы семи церквей: 1 комментарий

  1. Все верно. Не зря Христос говорит о Своей Церкви: «и врата ада не одолеют ее» (Мф.16:18). Даже Лаодикийская церковь, которая по мнению некоторых толкователей, символизирует Церковь последних дней, не перестает быть Церковью Христовой.

Комментарии запрещены.